Страсть генриха viii

СТРАСТЬ ГЕНРИХА VIII К НЕСТАНДАРТНОМУ ОРУЖИЮ: СТРЕЛЯЮЩИЕ ЩИТЫ И СТРЕЛЯЮЩАЯ БУЛАВА (“КРОПИЛО”)

Генрих VIII всячески способствовал развитию в Англии огнестрельного оружия; по инициативе короля испытывались разнообразные его образцы, и среди них попадались весьма экстравагантные. Например, большая булава, снабженная на конце тремя ружейными стволами и шипами, доставленная из Вестминстера в Тауэр в июле 1547 года вместе со 118 другими булавами без стволов и 7 булавами со стволами, но без шипов. Каждый из стволов имел крышку, закрывающую запал; стреляли из этого оружия, названного с чисто английским юмором кропилом (вообще-то кропило это кисть, которой священник разбрызгивает святую воду), зажав его под мышкой и последовательно поднося к стволам горящий фитиль. В XVII веке к этой булаве приклеилось название прогулочный посох Генриха VIII, а в следующем веке была придумана история, будто бы король ночами, проверяя охрану Тауэра, ходил с ней по замку. Во время одной из таких прогулок один из констеблей якобы не узнал короля и отправил его в тюремную камеру за ношение столь опасного оружия в неположенный час. Узнав поутру, кого именно он арестовал, несчастный констебль уже прощался с жизнью, но Генрих VIII не только его не наказал, а, напротив, наградил за исполнительность и усердие.

Король пристально следил за огнестрельными новинками. В 1540 году в Англию из Италии доставили оригинальный стреляющий щит. Деревянное обитое сталью изделие весом около 5 килограммов и диаметром 48 сантиметров в центральной части украшено гравировкой с позолотой. А над сценой подвига древнеримского героя Муция Сцеволы… торчит встроенный фитильный пистолет со съемной казенной частью, имеющей перезаряжаемый стальной патрон. Это впечатляющий памятник эпохи перехода от холодного оружия к огнестрельному, и, кроме того, показательный пример развития средневековой военной мысли. Понятно, что рыцари такими щитами не пользовались.

В 1547 году таких щитов в Тауэр из Вестминстера поступило 35 штук; сегодня в Тауэре хранится 16 таких щитов двух типов: девять со стволом в центре щита и семь со стволами, расположенными в верхней части. Шесть щитов имеют рельеф на покрывающих их пластинах, в то время как на остальных пластины гладкие. У некоторых над стволом предусмотрено отверстие для наблюдения, забранное железной решеткой.

Долгое время английские историки никак не могли понять, где именно применялись огнестрельные щиты. Конец спорам положил подъем королевского флагманского судна Мэри Роз, затонувшего в 1540 году на рейде в Портсмуте, где такие щиты были обнаружены среди прочих находок. Так что теперь уже точно известно, что они находились на вооружении судовых команд. Кстати, вместе со стреляющими щитами на Мэри Роз нашли 138 больших луков и 2500 стрел. Впрочем, нельзя сказать, что экзотические щиты закупались в ущерб традиционным. В это время на вооружении английской армии находились небольшие круглые пехотные щиты баклеры, которые в громадных количествах производились в Уэльсе. Типичный английский баклер выглядел следующим образом: деревянный, диаметром около 36 сантиметров плоский диск, усиленный концентрическими стальными кольцами, которые закреплены множеством заклепок; в центре выпуклый умбон, нередко с навершием в формелуковицы.

Особенно удивляться вниманию, которое Генрих VIII уделял огнестрельному оружию, не приходится; оно, хотя и считалось неблагородным и отвергалось рыцарскими правилами, благодаря своей эффективности играло в сражениях все большую роль. У миланцев, например, в 1482 году было в арсенале 1250 единиц огнестрельного оружия, из них 352 аркебузы, имевшие замок с пружинным механизмом воспламенения, и только 233 арбалета. На момент смерти Генриха VIII в 1547 году в Королевском арсенале хранилось 3000 луков и 13000 связок стрел по 24 стрелы в каждой связке, а общее число ручного огнестрельного оружия достигало 7700 единиц: важно отметить, что в самой Англии огнестрельное оружие тогда не производилось, его везли из Италии, что требовало надежных каналов поставки и изымало из государственной казны много золота!

Столь же значительным был, кстати говоря, и британский импорт итальянских доспехов. Д. Эдж и Д. Паддок приводят по этому поводу впечатляющие цифры: в конце 1512 года Генрих VIII заказал 2000 комплектов легких доспехов во Флоренции (по цене 16 шиллингов каждый), а в следующем году еще 5000 доспехов в Милане. В связи с угрозой французского вторжения в 1539 году им было заказано 1200 комплектов доспехов в Колони и 2700 в Антверпене; делая последний заказ, англичане, видимо, решили сэкономить, поскольку Д. Эдж и Д. Паддок отмечают, что Антверпен был крупнейшим центром в Европе по производству доспехов низкого качества, употреблявшихся только в пехоте. Таким образом, английскими историками выделяются два обстоятельства. Во-первых, широкое распространение в первой половине XVI века доспехов в английской пехоте, пусть даже и значительно более дешевых, чем кавалерийские. Во-вторых, чрезвычайно развитый экспорт оружия из Италии и Нидерландов, где оно производилось промышленным образом.

Таким образом, английскими историками выявляются сразу два обстоятельства. Во-первых, широкое распространение доспехов в английской пехоте первой половины ХVI в., пусть даже и значительно более дешевых, чем кавалерийские. А во-вторых, наличие чрезвычайно развитого экспорта вооружения из Италии и Нидерландов, где оно, видимо, осуществлялось практически на уровне массового промышленного производства.

А. Норман и Д. Поттингер особо выделяют тот факт, что Генрих VIII помимо приглашения в Англию оружейников из Фландрии, использовал многочисленных наемников. В частности, пикинеры и всадники тяжелой конницы были бургундцами или немцами, в то время как стрелками из аркебуз главным образом испанцы и итальянцы, нанимавшиеся тысячами.

Одновременно пытаясь увеличить количество лошадей, пригодных для службы в кавалерии, он издал закон, по которому всякий англичанин, имевший ежегодный доход в 100 фунтов, должен бы в обязательном порядке иметь лошадь, пригодную для военной службы.

Борясь с мотовством своих подданных, он приказал, чтобы каждый мужчина, жена которого носит юбку из вельвета или нижнюю юбку из шелка, содержал бы также боевого коня вне зависимости от своего дохода .

В итоге Генрих VIII в конце своего царствования получил армию, которая состояла из нескольких по-разному вооруженных и экипированных видов конницы и пехоты, имевшей уже мало общего с традиционными рыцарскими войсками. Так, тяжеловооруженная кавалерия имела полное рыцарское вооружение и воевала копьями и мечами на защищенных доспехами лошадях. Легкая кавалерия – доспехи в три четверти без латных перчаток и защиты ног ниже колена. Оружием этим всадникам служило легкое копье, меч, а с середины ХVI в. еще и короткоствольные образцы огнестрельного оружия. Кавалерия с северной границы была вооружена еще легче: пластинчатые набедренники до колен, причем руки защищались кольчужными рукавами, а шлемы не имели забрала. Разумеется, и эти доспехи не были обязательными, поэтому многие пограничники носили только лишь одни кольчуги, бригандины и куртки-жаки . Разница между жаком и бригандиной при этом заключалась лишь в том, что у жака металлические либо роговые пластинки к матерчатой основе привязывались, тогда как на более дорогой бригандине они приклепывались при помощи заклепок. При этом своеобразным опознавательным элементом для английских легковооруженных всадников этого периода времени являлась красная шапка (видимо, некое подобие суконного колпака), которую они носили поверх своего металлического шлема .

Leave a Reply

Your email address will not be published. Required fields are marked *

*